Всю жизнь общался с молодыми.
Но живу долго.
И память никуда не деть.
И память вдруг выдаёт то, что молодым и не снилось:
Опять диссиденты, за освобождение которых ратуют из-за бугра.
Опять Штаты — враг, а друзья — Куба, Никарагуа и Монголия (жил я в одной комнате университетской общаги с монголами, со сборной Кубы по волейболу работал, а детям Никарагуа посылки в школе собирал).
Опять борьба с коррупцией, опять борьба с пьянством (слышали, да, что пиво теперь будут продавать в ёмкостях не более 330 мл, раньше мелкую тару «мерзавчиками» называли), опять по телеящику бравурные вести с полей, одобрямсы комсомольцев с горящими глазами нашистов и «жить стало лучше, жить стало веселей» в отчётах госстатистики и на заново государственных телеканалах…
А я говорил! С того самого момента, когда Путин вернул советский гимн вместо Глинки, я сказал, что это точка невозврата к возврату. Мне тогда не верили…
Но это ещё не конец, товарищи! Сейчас я говорю, что концом будут опять продуктовые карточки, партсобрания на предприятиях, невыездные граждане (что? уже есть?) и очереди на «автомобили» ВАЗ… А потом снова — распад страны, война на Кавказе, танки в столице, бандитский беспредел и новые олигархи из новых комсомольцев… только теперь не ельцинского, а путинского разлива (по 330). Так вот ради чего всё? И вот от чего у них глаза горят!
Когда долбанул Чернобыль, а потом распался Союз, о Чернобыле постарались забыть, потому что Чернобыль остался за границей. Когда долбанула Саяно-Шушенская…Что? Не слышали про ДВР и СР? Так назывались Дальневосточная и Сибирская республики, и они существовали реально, всего-то лет 90 назад. Не помните? Я помню. Я тут живу.
Вдруг меня пробило — почему в меню нет самсы? Теперь есть! Кто не знает, самса — это печёный пирожок с рубленым мясом и луком, изрядно перчёным. Если тесто позволяет, то и с бульоном. Я не люблю жирное мясо, а потому шинкую только нежирную говядину без прожилок и плёнок. А некоторые и барашка кладут. На вкус и цвет…
