Собственно говоря, притчи — это низкий жанр.
Это перевод некоторых истин на язык примитивных иллюстраций.
На «примитивный», потому что язык «непримитивный» существует, и даже в определённых академических кругах с успехом используется, но большинству «потребителей смыслов» он, увы, непонятен ввиду недостаточности образования. А ведь подчас этот язык гораздо более лаконичен и ёмок — не зря же человечество столетиями нарабатывало понятийный аппарат, но, во зло или во благо, он всегда был герметичен. Увы, на этом языке мне говорить не с кем, да и не моя это сфера, есть ещё язык простой, но художественный, и он мне более интересен.
Однако…
Каково бывает моё удивление, когда и в прямолинейно тупой притче некоторые читатели умудряются находить ещё более прямолинейные и ещё более тупые смыслы!
«Бревно в глазу не поместится — оно большое, а глаз маленький»
«Мартышки не ищут блох, они ищут кристаллы соли, а соль полезна для организма»
«В зоопарках животных обрабатывают шампунями от блох!»
С другой стороны, многие, наоборот, любят порассуждать на якобы «непримитивном» языке о вещах простых: «Необходимо изменение парадигмы сознания для жизни в деревне» (вчера прочитал). Ну, да, согласен, вот только стоит спросить:
— А в чём это изменение?
— Так парадигмы же!
— Понятно. Простите, что потревожил.
С другой стороны, когда предъявляется пример того самого «изменения парадигмы», скажем, через мировоззренческую модель вчера приведённого образа «третьего места» — вроде и не совсем прямолинейно, и точно не притча, но (мне казалось) достаточно прозрачная наводка на дальнейшие выводы, но… для многих материал оказывается слишком сложным, чтобы додумать самостоятельно и запустить процесс осмысления (что для меня представлялось очевидным).
Но, что самое интересное, именно любители поговорить о «парадигмах» и не врубаются. А мне иногда бывает сложно проникнуть в непредсказуемость мышления подобной публики, чтобы опуститься до ещё более примитивных образов притчи (куда ещё примитивнее?). И «публика» (как это случилось в ЖЖ) тупо молчит.
Невольно вспоминаются слова Эйнштейна:
«Есть две бесконечные вещи — Вселенная и человеческая глупость. Впрочем, насчёт Вселенной я не уверен…»
