Не люблю попов.
Не люблю РПЦ.
Тихий интеллектуал Кирилл после интронизации превратился в агрессивное чудовище, переплюнувшее все «достижения» покойного Алексия — при нём была объявлена война «неверным» в виде нарушения негласных границ между «традиционными» религиям и объявление права РПЦ на чужую паству в рамках новоявленного и агрессивного «миссионерства», поддержки клерикального крыла, которое без патриаршего благословения не могло бы выйти «в свет», то есть в светское пространство с судебными исками против галерейщиков, с пиар-акциями за светский дресс-код, охоту на ведьм в лице «педофилов» Маркеса и Набокова…
Но Бог судья Кириллу. Можно было бы сказать, что это его епархия, коли бы его чаплинско-коричневая свора не пересекала границ православного прихода. В том-то и беда, что эта свора сорвалась с конфессиональной цепи (или с неё была спущена?) и ринулась на улицы, на светскую территорию, на территорию других конфессий, чего при покойном Алексии не было.
Всё в истории повторяется единожды как трагедия, вторично как фарс. И мы знаем, к чему привело клерикалов католицизма их «божественное» рвение — к резкому и катастрофическому сокращению католической паствы в Европе, которое не смогли спасти даже предсмертные «покаяния» Войтылы, а неумные высказывания бывшего гитлер-югенда Ратцингера и вовсе вколотили осиновый кол в папство.
Но я не об этом. Всегда были (и есть) те, кто существуют «вопреки» системе, в том числе и церковной. Были Павел Флоренский и Сергий Булгаков, был отец Мень, труды которого вошли в анналы религиоведения и который произвёл на меня неизгладимое впечатление, есть профессор Кураев, которого я только что с удовольствием слушал на канале «Культура» в цикле лекций о булгаковском романе «Мастер и Маргарита» (шикарный цикл, там и М. Чудакова и… но я не об этом).
Я о том, что почему-то «интеллектуал» Кирилл, придя к власти в РПЦ, повёл себя не как интеллектуал, а как дорвавшийся до власти мелкий лавочник, и его рупором стал не Кураев, а Геббельс-Чаплин, его политикой стал не мир, а миссионерский «Дранг нах Остен», не духовные ценности, а лизание задницы власти, которая рада и проникновению попов в армию, и захвату ими светских школ, и вмешательству в светские устои общества с требованиями введения цензуры и на светских выставках и в светском книгоиздательстве.
… Не знаю почему, но я вспоминаю два примера из собственной истории. Двух людей. Оба бывшие студенты-историки. Оба сейчас православные священники. Один — бывший комсомольский функционер, с приходом перестройки «перестроившийся» на более перспективное идеологическое поле, другой — книжный червь, интеллектуал и мой друг, с которым мы проводили время не только в интеллектуальных диспутах, но и в совместных психотерапевтических экспериментах. Один — нацист по убеждениям и агрессивно-активный, второй — тихий и скромный, никого не осуждавший помощник всем нуждающимся…
Догадайтесь- кто из них сделал карьеру в РПЦ? Догадайтесь — чья карьера при Кирилле обрела новое дыхание? Правильно. Увы, так и есть.
