[sape_tizer]

Записи с меткой «театр»

Новости

26.11.2017

Написана новая пьеса. «Рыжая (детективная история в сельпо). Одноактная деревенская комедия.». Если бы не дедлайн для конкурса драматургии, работа бы шла ещё долго. Теперь же всё закончено и пьеса уже участвует в трёх конкурсах. И уже ставится. Да здравствуют конкурсы!

Цензура

09.09.2017

Сегодня меня вызвали на ковёр из-за новой постановки. Пьесу никто (никто, даже я, её автор) не читал, репетиция была единственная, но уже шум: говорят, что пьеса пошлая, говорят, что актёры отказываются играть и «разбегаются». Я сказал, что это слухи, сказал, что дам прочесть пьесу, которая ещё не готова, что ничего пошлого в ней нет и мне никто из актёров не жаловался. Очень напомнило ситуацию с «Матильдой» — фильм ещё не вышел, а шума…
В принципе, я никому ничего не должен доказывать и даже давать пьесу на «утверждение» — цензура у нас в стране запрещена Конституцией. Но мне вспомнили «Чонкина», что тамошняя «жопа», прозвучавшая со сцены, вызвала много вопросов. Как в анекдоте про Вовочку: «Это как?
Жопа есть, а слова нету?». Я спросил сколько человек умерло, услав «жопу». Мне сказали, что никто, но, мол, люди здесь очень ранимые и благовоспитанные и пошлость не приемлют… Блин, они ежедневно смотрят телевизор, а на улице матом разговаривают даже дети. Как в другом анекдоте про Вовочку, который застукал родителей в спальне: «И эти люди запрещают мне ковыряться в носу?!».

«Большой»

06.09.2017

Почему мне раньше не сказали, что в фильме снялась А. Фрейндлих? Сразу бы побежал смотреть.
Но всё же это случилось и сейчас я начну ностальгировать…
Во-первых, сам Большой — внутри я никогда не был, но когда жил за углом, на Петровке, то на работу ходил мимо него каждый день. Нескольких человек из балетной труппы театра знал лично, с несколькими, кто там танцевал и даже ставил, я поработал. Солистка хора Большого была в моих соседях по коммуналке в пропахшей тухлыми яйцами Капотне (она и её муж-коммунист, клинический псих, пациент Кащенки, воевавший в 1993-ем на баррикадах за Руцкого), выгнали меня оттуда за «аморальное поведение».
Сюжет фильма напомнил и время моей работы в «Балете-Плюс» — я начал работать там завлитом (вообще-то пиарщиком по сути) ещё когда учился в театралке и жил на втором этаже театральной общаги. А на третьем жили балетные. Жили обособленно, со студентами-актёрами почти не общались, но я часто там тусил — я был почти свой и со многими мы сдружились. Актёрский мирок всегда обычно замкнут на себя, но балетный — в особенности. Балетные воспитываются в интернатах и закрытых коллективах, потом всю жизнь проводят в тесных мирках трупп и «наружу» выползают по минимуму. Часто они вообще мало знакомы с реальным миром (говорят, и цирковые такие же). И вот мне выпала возможность для некоторых из моих приятелей поработать «сталкером» во внешнем мире. Должен сказать, что это принесло много открытий не только балетным, но и окружающему миру (не говоря уже обо мне). Профессиональные танцоры, которых среди моих друзей тоже было предостаточно, не поражали меня так, как балетные. Это особый мир и особые люди. Иногда даже более ранимые и наивные, чем обычные, но иногда и более жесткие, чем остальные.
Но вернусь к фильму. Тодоровский снял неплохое кино. Фрейндлих замечательна, Домогаров страшен в своей старости и опухлости — уж не знаю — это его заслуга или его проблема, но спившуюся и обрюзгшую знаменитость он сыграл (или НЕ сыграл?) хорошо. Мне особенно больно было на него смотреть, потому что мне часто говорили, что мы похожи. Помню, как в постели мне говорили: «О, я трахаюсь с Домогаровым — один в один!». Но я на него нынешнего бываю похож только набрав лишних 10 кило и выпив лишних пару литров. Надеюсь, что сейчас похож не очень.
Чего мне лично не хватило в фильме — это балета. Знаете, когда американцы снимают кино про баскетбол, гольф или даже бейсбол, а уж тем более про изнанку театра или мюзиклов, они дают возможность зрителю оценить разницу между стилями игры или танца, хоть немного, но вовлекают его в профессиональную оценку качества игры — здесь этого практически не было, была пара реплик с оценкой танца от героини Фрейндлих — и всё. А самим посмотреть? А заценить? Понятно, что это сложно, но, уж простите, г-н режиссёр — взялись за такую тему — будьте любезны… Ан нет. Зрителю не доверили. Оставили за скобками. И это очень зря.

Городок

01.07.2017

Мы заняли 2-е место, но даже не расстроились из-за такого результата — жюри было настолько непрофессиональным в своих оценках, что итоги всех шокировали.

Городок

22.06.2017

С одной из моих актрис готовим номер на конкурс «художественного слова»… Мы им покажем слово! Взяли стишок Заболоцкого, стиральную доску, скамейку, платочек и кусок песенки Камбуровой, добавили немного плясок и… нет, пока не готово — вторую неделю репетируем эти шесть строф, каждый слог и каждый жест. Должен получиться сюрный мини-спектакль, такого тут ещё точно не видели. Обычно выходят тётеньки и заунывными голосами «красиво» воют стишки, обычно под «красивую» музыку.

Песенка такая.

Наше видео будет после конкурса.

А чой-то ты во фраке?

31.05.2017

Время бежит со страшной скоростью. Сегодня показывал своим спектакль Театра Современной пьесы «А чой-то ты во фраке?» (реж. И. Райхельгауз). Только посмотрев на доисторический прикид публики, сидящей в зале, я осознал как давно это было — 1992 год случился аж 25 лет назад. Уже нет этого театра на Трубной (он сгорел), нет никого из актёров, там игравших (Алексея Петренко, Альберта Филозова, Любы Полищук). От безумно смешного спектакля остался горький осадок. А ведь этот театр должен был стать юридическим адресом новой труппы Фёдора Абрамова (тоже покойного) и я встречался с Райхельгаузом, чтобы подготовить документы. Это было то ли в 95-м, то ли в 96-м. А ведь выросло целое поколение, которое не видело этот фееричный спектакль! Спасибо «Культуре», что хоть телеверсия сохранилась!

Голос монстра

25.04.2017

Фильм от Хуана Антонио Байона, одного из режиссёров сериала «Страшные сказки». Этот тоже страшненький, но не очень, потому что типа «детский» (главный герой — ребёнок, но я бы детям показывать не стал — для них — муть кошматерная). И ещё — шибко уж душещипательная. А что нам нужно, чтобы получилось «душещипательно»? Ага, рак. Ну, в смысле, онкология. Как только нужно «пощипать» — свистим и зовём рака. У моего поколения, выросшего на брежневско-застойном вранье, лжи и пуританско-сопливых песенках о родинке и дружбе, невнятной любви к родине, партии, берёзкам и целомудренно-импотентной любви к лицам противоположного пола без всякого секса, развилась стойкая идиосинкразия ко всяческой неправде. Нас, блять, не наебёшь — мы враньё за милю чуем. У нынешнего поколения молодых, правда, теперь есть такой же шанс научиться это распознавать, но это всё благодаря межеумочно-безмозглому поколению их родителей, путинистов-патриотов 70-х и 80-х годов рождения.

Так о чём это я? Ах, да, о неправде. Неправда мне видится в том, как обычно рисуют картинку, складывающуюся вокруг того самого ракового больного — вокруг него страдающие родственники и многочисленные друзья, сопли и слюни. Это неправда. Вокруг — пугающая пустота и вакуум, в который провалились вдруг все эти родственники (мать, брат, сын), а вместе с ними — бывшие, якобы лучшие друзья и уж тем более приятели. Хорошо, если останется пара-другая людей, но это кому как повезёт. Я считаю, что мне повезло. У меня пара-другая есть. Я сейчас об этом пишу не потому что наболело (оно уже заросло), а потому что мне интересны истории как сочинителю. И мне интересны стереотипы и клише, которые складываются вокруг тех или иных тем. То есть не только истории, но истории появления этих историй. И мотивы, которые двигали людьми при их сочинении. То есть сами люди. Люди вообще очень интересные. Как объект наблюдения и как персонажи для историй о них и для них. И для меня лично интересно открытие о самом себе — что мне самому интересно эти истории преподносить в жанре комедии. Несмотря на всю подлость и мерзость человеческую, это всё может быть смешным, нужно лишь забраться повыше и включить ускоренное воспроизведение. Отстранённость помогает. По Брехту это называется «остранённость». По Ионеску — абсурд. А вообще традиция подобной «комедии» богатая — над человеческим дерьмом на театре стебались и Бомарше, и Гоголь, и Хармс, и Булгаков. И в литературе тоже корни глубокие — от Рабле и Бодлера до Твена, Кафки и Гашека, Лема, Войновича и Мамлеева с Пелевиным. С кинематографом сложнее — если комедии родом из цирка, то можно поржать над Чаплиным или Китоном, Ришаром или Гайдаем, но клоунада забывается, когда появляются Феллини и Вуди Аллен или Тарантино с Джармушем.
О чём это я опять? В фильме про монстра есть момент, когда наступает момент бунта: монстр помогает ребёнку перестать быть «невидимым», терпилой и выпустить наружу драконов, и это правильно, в определённый момент жизни. Но важен и другой момент — когда драконы сыты и можно взлететь на вершину холма и оттуда понаблюдать за потугами людишек казаться важными в их серьёзных делах.

Ведь «по большей части люди забавные. Особенно тогда, когда они об этом не догадываются.» — какой-то умный человек это сказал.