Записи с меткой «театр»

Голос монстра

25.04.2017

Фильм от Хуана Антонио Байона, одного из режиссёров сериала «Страшные сказки». Этот тоже страшненький, но не очень, потому что типа «детский» (главный герой — ребёнок, но я бы детям показывать не стал — для них — муть кошматерная). И ещё — шибко уж душещипательная. А что нам нужно, чтобы получилось «душещипательно»? Ага, рак. Ну, в смысле, онкология. Как только нужно «пощипать» — свистим и зовём рака. У моего поколения, выросшего на брежневско-застойном вранье, лжи и пуританско-сопливых песенках о родинке и дружбе, невнятной любви к родине, партии, берёзкам и целомудренно-импотентной любви к лицам противоположного пола без всякого секса, развилась стойкая идиосинкразия ко всяческой неправде. Нас, блять, не наебёшь — мы враньё за милю чуем. У нынешнего поколения молодых, правда, теперь есть такой же шанс научиться это распознавать, но это всё благодаря межеумочно-безмозглому поколению их родителей, путинистов-патриотов 70-х и 80-х годов рождения.

Так о чём это я? Ах, да, о неправде. Неправда мне видится в том, как обычно рисуют картинку, складывающуюся вокруг того самого ракового больного — вокруг него страдающие родственники и многочисленные друзья, сопли и слюни. Это неправда. Вокруг — пугающая пустота и вакуум, в который провалились вдруг все эти родственники (мать, брат, сын), а вместе с ними — бывшие, якобы лучшие друзья и уж тем более приятели. Хорошо, если останется пара-другая людей, но это кому как повезёт. Я считаю, что мне повезло. У меня пара-другая есть. Я сейчас об этом пишу не потому что наболело (оно уже заросло), а потому что мне интересны истории как сочинителю. И мне интересны стереотипы и клише, которые складываются вокруг тех или иных тем. То есть не только истории, но истории появления этих историй. И мотивы, которые двигали людьми при их сочинении. То есть сами люди. Люди вообще очень интересные. Как объект наблюдения и как персонажи для историй о них и для них. И для меня лично интересно открытие о самом себе — что мне самому интересно эти истории преподносить в жанре комедии. Несмотря на всю подлость и мерзость человеческую, это всё может быть смешным, нужно лишь забраться повыше и включить ускоренное воспроизведение. Отстранённость помогает. По Брехту это называется «остранённость». По Ионеску — абсурд. А вообще традиция подобной «комедии» богатая — над человеческим дерьмом на театре стебались и Бомарше, и Гоголь, и Хармс, и Булгаков. И в литературе тоже корни глубокие — от Рабле и Бодлера до Твена, Кафки и Гашека, Лема, Войновича и Мамлеева с Пелевиным. С кинематографом сложнее — если комедии родом из цирка, то можно поржать над Чаплиным или Китоном, Ришаром или Гайдаем, но клоунада забывается, когда появляются Феллини и Вуди Аллен или Тарантино с Джармушем.
О чём это я опять? В фильме про монстра есть момент, когда наступает момент бунта: монстр помогает ребёнку перестать быть «невидимым», терпилой и выпустить наружу драконов, и это правильно, в определённый момент жизни. Но важен и другой момент — когда драконы сыты и можно взлететь на вершину холма и оттуда понаблюдать за потугами людишек казаться важными в их серьёзных делах.

Ведь «по большей части люди забавные. Особенно тогда, когда они об этом не догадываются.» — какой-то умный человек это сказал.

Пустая корона

07.12.2016

Великобритания. Мини-сериал по драмам Вильяма нашего Шекспира. Ричард II, Генрих IV и Генрих V. Это первый сезон. Актёры: Том Хиддлстон и Джереми Айронс в этом сезоне, во втором — Бенедикт Камбербэтч и Джуди Денч. Это из самых-самых. Шикарные фильмы с костюмами, интерьерами и батальными сценами (вот только негры-актёры всю аутентичность портят — я не расист, но какого хрена в исторические фильмы, где даже кружки подбирают по соответствию эпохе ставить чёрных актёров? Они что, не выжили бы без этого?).

Ричард II в одной из финальных сцен произносит монолог:

Живя в тюрьме, я часто размышляю, —
Как мне ее вселенной уподобить?
Но во вселенной — множество существ,
А здесь — лишь я, и больше никого.
Как сравнивать? И все же попытаюсь.
Представим, что мой мозг с моей душой
В супружестве. От них родятся мысли,
Дающие дальнейшее потомство.
Вот племя, что живет в сем малом мире.

….

В одном лице я здесь играю многих,
Но все они судьбою недовольны.
То я — король, но, встретившись с изменой.
Я нищему завидую. И вот,
Я — нищий. Но тяжелые лишенья
Внушают мне, что королем быть лучше.
И вновь на мне венец. И вспоминаю
Я снова, что развенчан Болингброком
И стал ничем. Но, кем бы я ни стал, —
И всякий, если только человек он,
Ничем не будет никогда доволен
И обретет покой, лишь став ничем.

А я вспоминаю как Ричард Эйр (сорри, сэр Ричард Эйр), снявший для первого сезона «Пустой короны» две части «Генриха IV», будучи в 90-х годах главрежем в Королевском Национальном театре Великобритании, со мной переписывался и даже выслал официальное личное приглашение на бланке миграционной (или какой-то типа этого) службы Её Королевского Величества, чтобы я приехал к нему… Но я был студентом театрального, а вот денег известный режиссёр не выслал… Я за ним потом следил по прессе — он, кстати, тоже ставил Шекспира в Калифорнии с чёрными актёрами. А ещё вспоминаю шекспировскую «Бурю» самого Питера Брука, которую я увидел в Авиньоне. Обалденный спектакль, в котором играл Кеннет Брана, который потом стал заядлым шекспиролюбом и сам поставил множество фильмов и спектаклей по нему. Вот такая вот шекспириана…

Бурлеск

09.06.2016

То, что Шер — актриса — это давно известно (чего стоят «Иствикские ведьмы»!), а вот про Кристину Агилеру я этого не знал — хороша. Симпатичный киномюзикл. Банальный по сюжету как все мюзиклы, шикарный в исполнении как все американские мюзиклы. Прекрасный вариант лёгкого просмотра и удовольствия. Это о фильме.
Для меня интересно было то, что я смотрел на сцены, связки и монтаж с точки зрения сценографии, монтажа, хореографии — мне с недавних пор это стало снова близко. А вообще у меня есть редкий дар (или проклятие? это всегда рядом) — «дар» исполнения желаний, часто нежданно и не всегда вовремя (а чаще — и вовсе не вовремя). Вот мечтал я когда-то на пенсии обзавестись мини-рестораном и работать там шеф-поваром — оно случилось само собой, правда, не на пенсии (купив дом в Пути Октября я и думать не думал, что там что-то такое может случиться), а ещё я иногда мечтал когда-нибудь вернуться на сцену… В качестве актёра, постановщика или (на худой конец) — драматурга (я первую пьесу написал и даже опубликовал в 24 года, на том и закончилось), а пока вот работаю тут, в блоге, критиком, блин (неблагодарная профессия и не уважаемая), а ведь в 25 выдержал экзамен на критика в Институте театра, музыки и кино, тоже вроде не лыком шит совсем незнакомая тема. А ещё был балетные и хореографические труппы, в которых я работал — видимо, потому меня сейчас и тянет на постановки в жанре мюзикла, где большая часть контента — хореография и пластика. Так что — кто знает, может и правда я ещё не совсем потерян для сцены или для съёмочной площадки — первая театральная специальность-то была «актёр драматического театра и кино«? Жаль, что игрушка эта (кино) — очень дорогая, а я бы попробовал и сценарий написать, и срежиссировать, да и сыграть где-нибудь в эпизоде — пуркуа бы и не па? Можно ведь помечтать? А там, глядишь…

День театра

27.03.2016

Всех с праздником!
Вот это, я понимаю, праздник! А не то что «на первый-второй рассчитайся, 8-го празднуют первые, 23-го — вторые!» и у всех полные штаны радости!
Сейчас стал вспоминать когда я сам был в последний раз в театре. В прошлом тысячелетии, это точно. Больше 20 лет. Ахренеть!

Станиславский и «Кушать подано!»

05.12.2015

… о Станиславском публика знает немного. Вернее, она знает про «Чайку» в МХТ и про «Не верю!». Особо продвинутые знают про пьянку с Немировичем в «Славянском базаре». Немногие избранные читали «Театральный роман» М. Булгакова и только отдельные посвящённые знают, что Станиславский был йог. Ну да ладно. Включаем тормоза, потому что я хотел вспомнить про «Не верю!». Применительно к кулинарии. Вот читаешь про какую-нибудь новомодную «молекулярную кулинарию» и это «Не верю!» так и просится наружу. Или даже обычный какой-нибудь рецепт — если солёные огурцы в молоке — это понятно всякому. У людей с более развитой фантазией (или опытом? или вкусовыми рецепторами?), короче, с более высокой планкой вопросы возникают и к менее явным несуразностям. В принципе, читая рецепт, можно представить себе результат, если все ингредиенты знакомы. А если нет? Или что-то совсем необычное в способах приготовления? Тогда, чтобы проверить, нужно приготовить. Хорошо, если твои ожидания оправдываются. Бывают, правда, сюрпризы — как в сторону плюса (что приятно), так и в сторону минуса (что не очень). В последнем случае особенно жаль потраченного времени и продуктов, но кто виноват? Бездарный «писатель» или бездарный «читатель»? Ну, писатель, само собой, виноват всегда, а вот читатель мог быть просто неопытным и доверчивым. Ну, решил проверить — что тут плохого? И, точно так же, как бывают талантливые писатели, случаются и талантливые «читатели» — те, кто могут понять настроение «между строк» или, включив интуицию, не поддаться на уловки бездарности, спрятанные за глянцевыми иллюстрациями или известными именами.
Бывают, правда, «читатели» настолько талантливые, что им мало прочитать и приготовить, им нужно ещё «вжиться в роль» и самому стать писателем, внеся своё видение роли (рецепта) на сцене (в тарелке). Они сразу начинают фантазировать и дописывать сцены. «Я приготовила ваш рецепт, но только вместо курицы взяла свинину, а помидоры заменила на яблоки!» — «И как вам?» — «Замечательно!» — «Рад за вас и за свинью в яблоках!» — «А разве это не чахохбили?» — «Да нет, это свинья в яблоках».
Но я не об этом. Я о нормальных читателях. Правда, не всякий, кто читает пьесы в постели перед сном, может стать актёром на сцене, тут уже требуются хоть какие-то профессиональные навыки. Я долго пытался обучать своих гюльчатай-помощниц способам нарезки овощей, пока не понял, что придётся это делать самому — сколько ни показывал чем отличается картофельная тонкая соломка от средней и от толстой, а длинная — от короткой и как их резать, у них всё равно выходили шпалы, пригодные только для картошки фри, а вместо кубиков всегда выходили булыжники. «А какая разница?» — говорили они, — «Картошка и картошка!», а я не знал как объяснить, что вкус получается РАЗНЫЙ! Они смотрели на меня как на самодура-тирана-придурка-городского-пижона-засунь-себе-в-задницу! Пример с картошкой, наверное, самый показательный — всем хорошо известно блюдо под названием «картошка жареная» и многие, наверное, знают, что в каждой семье её готовят по-разному, хотя ингредиенты одни и те же — картошка, масло, соль, перец, иногда лук. И в разных вкусах виновата не только нарезка, но и сковородка, крышка от ей, сила огня и частота помешивания.
Всегда, когда жарю картошку, вспоминаю один случай, произошедший очень давно: у меня в гостях был молодой человек, который заказал жареную картошку. Я спросил — какую он любит? — тот сначала удивился, а потом сказал: «У меня был старший брат, который готовил её так вкусно! После того, как он погиб, никто не может пожарить картошку как он!». — «А какая она должна быть?» — «Хрустящая, хорошо прожаренная, но не сухая, чтобы была пластами — с одной стороны обжаренными, с другой — мягкими.» Всё, что мне было нужно сделать — прибавить огонь, добавить масла и переворачивать всего пару раз, не разбивая лопаткой. Когда я подал ему тарелку, он начал есть, а потом… заплакал: «Та самая!». Я больше никогда не видел, чтобы кто-то плакал от моей еды! (И надеюсь, что не увижу).
Или другой случай, когда я, наоборот, обфакапился с той же картошкой, но уже варёной. Вернее, с пюре (тоже всегда вспоминаю, когда пюре готовлю). Я ждал за столом профессионального ресторанного повара и решил «блеснуть талантами» — затеял сразу несколько сложных блюд, гарниром к одному из них должно было стать пюре. Блюд было так много, а я так волновался, словно перед экзаменом, что, сняв с огня сварившуюся картошку, про неё позабыл. Она почти остыла, поэтому, когда я начал её толочь (а мой повар уже стоял за спиной!), картошка превратилась… бинго! — в клястерную слизь! Конечно же, её нужно было толочь горячей!
Разные подобные «опыты» и складываются в одно, когда читаешь чужие рецепты и — либо веришь им, либо — привет, Константин Сергеич. Иногда, правда, случается, что соблазняешься на авангардную постановку какого-нибудь «Дяди Вани», пытаешься вникнуть в «авторское прочтение», а в финале получаешь такое гуано, что рука сама тянется к гнилым помидорам или мочёным яблокам.
Мораль: лучше почаще быть Станиславским, чем пугать Ихтиандра как дядя Ваня.

Ворчалки

26.06.2015

1. Недосып. Нужно выспаться перед поездкой, но на «Эхе Москвы» — ночной эфир с Дмитрием Быковым. 2 часа. Не отключиться. Так мало интеллекта вокруг, а тут — фонтан! Ловлю себя на неадекватных мыслях о готовности отдаться превосходящей силе таланта — вам знакомо? Это интеллектуальный оргазм! (Сексуальные коннотации — да, это почти влюблённость, хотя Дима — абсолютно асексуальный для меня тип). Но какой же умница! И какая зараза — спать не даёт!
2. Зависть. Люди собирают грибы. Грибы пошли! (жопой чуял, что пошли, так и вышло). А я не могу — езжу в город как на службу.
3. Холодно. Два дня после жары не закрывал окна, чтобы выстудить дом, кайфовал от прохлады. Тепло вернётся, но на неделю, а всю первую половину июля будет около 12 градусов днём. О грибах можно забыть. Об огурцах — тоже. Но мотаться в дороге лучше, когда прохладно, а не когда 33 в тени. Короче — неплохо.
4. Снова недосып? Не выключил радио — а там — разбор музыки из «Служанок» Виктюка — старого засранца, который познакомил меня (гуд!) с Маковецким, с покойными Курмангалиевым и Новиковым, но так продинамил меня с моей пьесой (фак!)… но ему можно всё простить — талантлив, собака! А вот готовности отдаться по отношению к нему не возникает — даже у меня есть пределы. Меня поймёт читающий эти строки мой старинный друг, игравший и Виктюка в «М. Баттерфляй». Алла Сигалова опять же, в связи со «Служанками» — моя любовь и гуру в хореографии, какое-то время — коллега и собеседница (собутыльница)…

Простите, прёт на воспоминания… Соседи по огороду об этом не спросят 🙂

Танцуй!

21.06.2015

Это шоу на Первом. Ну, вы в курсе. А я не очень. Посмотрел когда-то один из первых выпусков и забыл. Сегодня смотрел финал. И понял почему забыл. Влюбляться в талантливую молодёжь и красивые тела — наверное, замечательно, но я начинаю верить в человечество, а мне это противопоказано. Я могу без последствий для себя смотреть шоу «Голос» — тоже восхитительные таланты, но я никогда не пел. А когда я смотрю на танцы — выползают все призраки прошлого — годы танцевального опыта солиста-народника в детской труппе, годы работы в данс-труппах (менеджер, пиарщик), откровения от счастья видеть во Франции работы Катерин Сапорта и Пины Бауш тогда, когда в России их мало кто видел, видеть в России работы и репетиции Аллы Сигаловой и Гедрюса Мацкявичюса с Юлией Махаловой, трупп Виктюка и Фёдора Абрамова (и общаться со всеми ими близко), читать и разбираться в современных течениях, зажав в кулаке собственные скромные достижения — мои пластические этюды-пародии на животных копировало несколько поколений театрального института… А сколько было пассий из этой среды! С десяток. Нелегко погружаться в прошлое. Потому и забыл. Чтобы не драконить призраков.

Хорошо, что нет чтецких конкурсов на ТВ — меня бы тогда просто разорвало на кучу маленьких Ибрахимов.