Самые поразительные факты из своей жизни я никому не рассказываю.
Когда-то — да. Сейчас — нет.
Потому что никто не верил тогда, не поверит и сейчас.
Пробовал писать о них под видом литературных сюжетов — рвал черновики, потому что выглядело как сочинение человека с плохой фантазией, которому нужно притащить сюжет за уши.
Безобидный пример: герой в детективе потерял из виду злоумышленника, но вдруг почувствовал, что ему нужно выйти из дома, сесть на трамвай номер 9, проехать 5 остановок, выйти и пробежать до перекрёстка, где… встречает искомого. Почему? Ему ТАК ЗАХОТЕЛОСЬ.
Бред? Бред.
Когда очень близкий мне человек спросил меня о самом сокровенном моём решении, я рассказал о символе летучей мыши, и о том, что мы едем туда, где эти символы живут в реале, и что впервые за 20 лет я могу снова её увидеть… в этот момент (а мы ехали в машине) — перед лобовым стеклом пролетела ОНА. Минута в минуту, секунда в секунду. Я замолчал.
В ответ на моё молчание услышал:
— Это просто совпадение.
…
Нет, это — не самый поразительный факт. Это — обычная «синхронистичность». Но это — иллюстрация к непониманию.
Словам — не верят, написанным историям — тем более. Но я нашёл выход. Для этого пришлось разделиться на несколько персонажей. Им не обязательно верить, потому что они — персонажи литературные. Но их много, в одну личность достоверно не стыкуются… Поэтому мне особенно смешно, когда читатели моего блога в ЖЖ (тогда я писал всё подряд. и только о себе) говорили: не верим, вас там много, ты не один.
Всё наоборот — я один, и никто не догадывается как меня много… под разными именами… 🙂
К чему это я? не знаю. Просто одному из нас захотелось… 🙂

Однажды сокол уткам говорил:
«У вас, несчастных, разве нету крыл?»

Что ж вы сидите на своём болоте,
В степь не летите по своей охоте?»

Сказали утки: «Нас не искушай,
Вода — нам крепость, нам болото — рай.

И вообще отнюдь не всякой птице
То подобает, что тебе годится.

Пусть не зовёт ни сокол, ни Иблис
Нас прочь оттуда, где мы прижились.

Отведены судьбою навсегда
Одним простор степей, другим — вода!»

Рассказ о том, как сокол уговаривал уток покинуть пруд и улететь в степь. Пер. Н. Гребнева.

Я — Франсуа, чему не рад,
Увы, ждет смерть злодея,
И сколько весит этот зад,
Узнает скоро шея.
Франсуа Вийон. Перевод И. Эренбурга

Люблю я Федечку Озона!
Он 8 женщин так поставил,
Прекрасный пол он так подставил,
Что сам себя разоблачил,
Ведь Федя тёток не любил.

Ещё он снял кино о сексе,
Там дядя с кроликами жил
В глуши, как я, и не тужил,
И по-французски говорил.
(Тот, правда, мальчиков любил).

Люблю Озона Федю я,
Люблю Озона Франсуа,
Люблю Чайковского Петра,
И Франсуа люблю Вийона,
Как? Вы не знаете такого?

А жаль, хотел поговорить,
Хотел искюсство обсудить,
Поговорить о тётках, бабах,
О смоковницах-баобабах,
О златоглобусных наградах,
О попперсе и ЛСД,
О скачках, просто об езде,
О разбегающихся тропках,
О фамихах и о хронопках,
О Мондриане и Клее,
О па-де-де и о плие,
О Бердсли или о Бердслее,
(Но можно было и о клее),
О Мухе и Магрит-Рене,
И о Моне, и о Мане,
И о тебе, и о мене.
А также можно о меню,
О травести и инженю
(В чём разницы большой не вижу,
Поскольку равно ненавижу).
О Сильмариллах и Хуанах,
Пейоте, коксе и путанах.
Раскрыть отцов консьюмеризма,
Воспевших оду брендам клизмы:
Гаргантюа с Пантагрюэлем.
А Брукса или Бунюэля
Я всуе трогать не могу —
Не подниму на них ногу
(Не ногУ, а нОгу,
Всё равно не мОгу).
Но если речь о педерастах,
То выбор мой предельно ясный:
Я — за Верлена и Рембо
(Где ударение на «бо»,
А не на «Ре», как вы считали),
Не за Версаче и Кавалли,
Вы так решили, господа? —
Увы, зашёл я не туда,

Увы, зовусь я Мустафа,
Увы, ждёт смерть злодея,
И сколько весит голова
Давно уж знает шея.

Пошёл третий год моего переезда в деревню. Как время летит!
Привет Татьяне Устиновой, которая не верила, что я надолго задержусь тут. Её «детективное» сознание не допускало такой версии развития событий… Ан нет! я на месте, и никуда не собираюсь. Ворчу по привычке, но на самом деле мне здесь хорошо. Не всё получилось как хотел: за 3 года поисков так и не нашёл людей, готовых переехать и составить мне тут компанию (таких по определению мало, много болтунов), общение в интернете, увы, приносит больше негатива, чем удовольствия, так что «отшельничество» моё становится более глубоким, чем я изначально планировал, а вот всё, что касается моего внутреннего устройства — замечательно! И дом, и сад с огородом, и животные, и вылазки на природу, и гости в гостинице, и сезонные погружения в поварское дело, и работа над книжками и всякой мелочью — просто здорово! А сколько всего нового я освоил! Садоводство и кролиководство, ландшафтный дизайн и прудоводство, слесарка и сантехника, заготовки и консервирование, даже работа с сайтом и виноделие!
— Короче, с годовщиной тебя, дружище!
— Спасибо, дорогой!
(Вот и славно, трам-пам-пам!)