Жил-был человек.
Или не человек.
Потом типа умер. А вроде и нет. А вроде и да.
Но потом опять «жил-был».
Как сказать точнее, я уже не знаю. И где он жил непонятно, похоже, что везде. И ещё всегда. А уж имена…
Джирджис, он же Гиргис, он же Георгий, он же Гога, он же Гоша, он же Егорий, он же Игорь, он же Юрий.
Шерстяные по секрету рассказывают, что дядька этот никакой не бессмертный, как многие думают, просто он однажды помер, но дух его по мере надобности воплощается, то бишь во плоть вселяется, Всевышний ему эту фишку подарил. А тот и рад!
Никто и не знает сколько раз тот умирал. Но умирал он прилюдно и всегда с шумом. Иногда раз в год, а иногда и чаще. Злые языки говорили, что это он так от баб скрывался (а мужик, говорят, был ходок тот ещё, целые деревни оплодотворял!). Погуляет, бывало весной и летом, порезвится, а когда по осени бабы в деревнях уже брюхатые, он на тот свет удочки сматывал, а появлялся уже по весне, в Юрьев день, вместе с зеленью. Но злые языки, они и есть злые языки — во дни праздника Зелёного Юрия молодые парни раздевались и, зелёными ветками прикрываясь, по полям бегали и девок портили, чтобы потом на нашего Юрку всё свалить. Ну, и девки, понятно, тоже этими сказками пользовались — ну, да, в подоле принесла, так от святого же! Хотя святым его позже назвали, когда он, не славы ради, а искусства для, поумирал последовательно и за веру Христову, и за веру Мохаммадову.
Иногда, правда, перебарщивал, сдержаться не мог. Иногда измором брал. Так, во времена пророка Мухаммада (мир Ему!), отправился Джирджис (так его тогда звали) к правителю Мосула, наехал на него, нахамил, а когда тот его казнил, он воскрес и снова пришёл. Его во второй раз казнили, он снова воскрес и опять явился. В третий раз его убили, тело сожгли и пепел в Тигр бросили. Он и из пепла воскрес, и только потом севшего уже на измену правителя пожалели и истребили наконец.
Про змия, которого Юрий-Георгий якобы убивал, ничего не скажу, сам не видел, врать не буду, но один мудрый старик по секрету мне сказал, что шоу со змием Егор устраивал регулярно, а змий тот — не что иное, как его же орган, перевоплотившийся, так сказать, для сверхзадачи устрашения…
Вообще Гоша, конечно же, актёр и на публику работать любил… любит то есть. А как иначе? Он ведь представления со змием уже в новейшие времена устраивал, а дядька-то старый, Зелёного и египтяне знали, Осирисом звали, каждый год хоронили, а потом в зелени встречали, потом он Вакхом и Дионисом стал, тоже зеленью и оргиями заведовал, из дионисийских оргий и трансовых плясок театр родился, периодически в Аид спускался и в связях неразборчив был, и не только по бабам бегал… И Орфея от большой любви своим пророком сделал, и против зануды Аполлона, который был богом попсы, первые тайные общества придумал — орфики, пифагорейцы, потом и неоплатоники возникли (Софии тайно поклонялись, а не Афине-Софии как многие думают) и не только тайные знания, но и тайные практики и обряды, на трансе и вине основанные (а ещё на плюще, который лёгкий галлюциноген, и, наряду с виноградом — зелёный символ «бога»). И с тех самых пор возникло разделение на попсовый аполлонический мэйнстрим и андерграундное дионисийское искусство избранных. Театр против высокопарных гимнов, оргии и экстаз против канонов, вдохновение и откровения против рассчитанной гармонии, флейта против лиры, допинг против молитв, тайные мужские общества против государственных попсовых культов.
Шерстяные говорят, что на самом деле о Вакхе (Дионисе) греки от персов узнали, а тайные общества и в Шумере были, и жрецы Осириса тоже шерсть одевали, но я и так много болтаю, мне шерстяные по башке настучат…
Кстати, суфии сами говорят (и это не тайна), что они всегда были, что религия к учению и практике «мудрых» (любителей Софии), отношения не имеет, что философ и алхимик Роджер Бэкон в мусульманской Кордове у них учился, что Франциск Ассизский, основатель ордена францисканцев, у Авицеброна (Супеймана ибн Яхья ибн Джабриоля, еврейского суфия) учился, что тамплиеры с их шерстяным аскетизмом и Бафометом (Магометом) не столько с сарацинами воевали, сколько мудрости у дервишей набирались…
Но о чём это я?
Мы ещё с Зелёным не закончили. Да и как с ним закончишь, если он вона как наследил… А ещё его с Гермесом сравнивали — он посыльным у Всевышнего работает, к нужным смертным является и герметические послания им доносит. Многие считают, что это он, ал-Хадир, Мусу (Моисея, мир ему!) на путь истинный наставил, и что Ильяс (пророк Илья, мир ему!), который пророка Ису (Иисуса, мир ему!) крестил — тоже ипостась Зелёного…
А насчёт «зелёного змия»… вопрос тонкий, однако. Все шерстяные о вине песни слагают, хотя многие и не пьют вовсе. Но если не пьют, то зелёную травку иногда практикуют, и не удовольствия ради, а ИСС для. ИСС не знаете? Изменённые состояния сознания, они могут и дыхательными техниками достигаться, которые трансом заканчиваются. Элевсинские мистерии, дионисийские оргии, суфийские зикры, вертящиеся дервиши, которых Руми придумал — это всё из одной оперы. Да, а я не рассказывал, что Руми с Хизром Зелёным встречался? И что многие считают, что Шамсаддин Тебризи на самом деле…
Но мы ещё подумаем о чём рассказывать, а о чём не здесь… (а не то встаёт перед глазами ужасная картинка порубленного колбаской змия, которую Церетели под скульптурой Святого Георгия изобразил…)

Жил-был Дон Кихот.
На самом деле он не жил, и на самом деле не Кихот.
Поэтому начнём, пожалуй, сначала.

Жил-был Сиди Кишар, хотя некоторые и богохульствуют, утверждая, что и он тоже не жил, а его кто-то придумал, как Сервантес Кихота.
Но кто же тогда жил, если никто не жил?
Кто-то ведь жил?

Говорят, у Кишара была страшная морда, другие говорят, что морда у него была нормальная, просто имя было такое, ведь Кишара — это «страшная гримаса». И «Кишот», который Кихот — слово того же корня. Хотя кто знает какая морда была у Кихота? Только Сервантес.

Про Кишара рассказывали странные люди, которые жили в Испании, молились на арабском и назывались «шерстяными», от слова «суф», «шерсть». Они вообще много чего рассказывали, любили сказки и писали стихи, которые пели под музыку. Им потом подражали ваганты, но это было позже, и это была попса. А вот когда было «раньше», то шерстяные рассказывали сказки про человека со страшной мордой, который бился с водяными мельницами и бродил в пустынях, называя себя странствующим слугой своей возлюбленной, которой он пел песни по ночам, чем немало смущал ишаков и имамов. Никто и никогда не видел его возлюбленную, говорят, её звали «София» и ли «Сафия». Зато рядом с ним всегда видели то ли слугу, то ли прихлебателя, ещё более юродивого бродягу, которого звали Мустафа, сын Ибрахима. Иногда они пели хором, но тогда оба бывали биты жителями и прогонялись обратно в пустыню, откуда пришли. Кишар показывал обывателям страшные рожи, а Мустафа показывал такое, что и сказать нельзя.

А между собой шерстяные шептались, что эти двое не только пели, но и пили. Не только пели о вине, но и пили вино. И допивались иногда до зелёного человечка. Они называли его «Хизр», «Зелёный» и часто с ним беседовали. Как и Софию, или Сафию (разное говорят, её ещё Белой Дамой называли), этого Хизра тоже никто и никогда, кроме этих двоих, не видел. Ну, или почти никто. А кто видел, говорили, что зовут его Ал-Хадир и ходит он в зелёном плаще, живёт на земле вечно, любит животных, а людей, которым является, иногда лупит посохом, отчего те получают «хал», или «просветление», после чего начинают видеть Сафию и рассказывать сказки. Но, если честно, толку от таких было мало — они или начинали вертеться как волчки и не по делу, впадали в «ваджд» или транс с пеной у рта или прекращали молиться и уходили в степи (Почему в степи? В пустыни тоже уходили). Кто-то называл таких «каландари», кто-то — «маламати», а кто-то и вовсе — «маджнунами», психическими. Про Дон Кихота тоже говорили, что он психический, но Сервантес ничего не мог с ним поделать — с тех пор как ему в детстве ваганты рассказали про Кишара, он не мог жить спокойно, пока не написал про идальго из Ламанчи, его возлюбленную Дульсинею и верного слугу Санчо Пансу. Сервантес чуть с ума не сошёл, пока не дописал — ему снился какой-то зелёный мужик, который лупил его по голове посохом. А когда написал, то вскоре и помер. Говорят, был этому очень рад. Но кто говорит — неизвестно. Ведь помер же!

А вот Дон Кихот с тех пор жив. И его стало много. Он расселился повсюду.

Помнится, в Ялте Михаил Чехов плакался в жилетку врачу и своему дяде, Антону Павловичу, что не может спать, потому что Дон Кихот по ночам лупит его длинным копьём по голове, заставляя его сыграть. Сыграл у Станиславского, но не помогло. Антон Павлович тогда решил, что племянник болен, но ничего ему не сказал, тот потом уехал в Америку, а те, кто его, Михаила, видели на сцене, в один голос говорили, что в нём живёт чёрт, который даже форму черепа, разрез глаз и рост актёра менял… А ещё говорили, что на него другие сумасшедшие плохо повлияли — Станиславский, который практиковал йогу с медитациями и Вахтангов с Мейерхольдом со своими верчениями и трансовыми плясками… Говорят, Михаила потом с трудом из конвульсий выдирали, и пена изо рта шла… и на непонятном языке говорить начинал…

О чём это я? (продолжение следует)

Посмотрел фильм и его обсуждение в программе Гордона «Закрытый показ». Фильм — о казахской бабке-целительнице и колдунье «БаксЫ»…

Сначала я написал это (ахтунг! ненормативная лексика!).
Но потом понял, что был неточен в терминологии.
И родилось новое слово: «мозгодрот»
(Объясню: «мозгодрот» — это гораздо хуже, чем «мозгоёб», поскольку первый из пары фатально непродуктивен, в отличие от второго).
Я вообще считаю, что гордоны должны работать бухгалтерами, а не режиссёрами и мир вздохнёт с облегчением.

А «Баксы» — неплохой фильм, пусть и не шедевральный.
А Гордон дурак, увы.
«И может собственных гордонов российская земля рождать». Может. Да. Только почему-то нынче она рождает больше гордонов, чем невтонов. Явное перепроизводство гордонов.

Один мудрый старик, сидя в кругу учеников, произнёс:
— Один человек в день Курбан-байрама принёс на заклание полудохлого ягнёнка, а другой — жирного барана, лучшего в стаде. Чья жертва более угодна Всевышнему?
— Второго, учитель — ответили ученики хором.
Старик задумался. Ученики напряглись. А старик вдруг проснулся, вскинул голову и заорал:
— Так почему же вы, сукины дети, начитавшиеся книжек о вреде «эго», приносите на алтарь жертву, в которой нет ни мяса, ни жира? Вы кормили своего питомца страстями и сомнениями, опытом и ошибками, победами и поражениями? Нет, вы норовите подсунуть Всевышнему заморыша, которого держали в тёмной клетке чужих непроверенных идей на диете из уже пережёванной кем-то соломы! Как может ваш карлик понять величие Господа, чтобы склониться перед его величием, если величия-то он и не видел? Ни в разнообразии путей, ни в глубине страстей, ни в могуществе искушений?
Для познания Истины у человека есть только один инструмент — это он сам. Играет ли этот инструмент две ноты или умеет передать несколько октав в руках виртуоза? Глухим стал Бетховен, но равен ли он глухому от рождения? Слепцом стал Гомер, но вряд ли незрячий мог живописать мир так, как сделал он. Богач, раздаривший сокровища и ставший нищим, не равен ободранцу, кормившемуся за его счёт с рождения. И покаявшийся грешник не равен кастрированному с детства монаху.
— «Возьми, боже, что нам не гоже» — это не путь к Господу, это оправдание ничтожеством собственной никчёмности, и больше ничего.
Старик поднялся и, уже уходя, вернулся:
— А если вам покажется, что вы чего-то достигли — выставьте вашего барашка на рынке. И если соседи-торговцы будут кричать, что ваш баран плох, в то время как покупатели будут выстраиваться в очередь — только тогда стоит задуматься о том, чтобы барана прирезать. Аминь.

(С) МИ. (публикуется в виде исключения, потому что новые тексты из серии ОМС по причине массового плагиата ждут издания на бумаге). — привет моему «эго»! 🙂

Это самая «безобидная» форма, которая бывает ко мне обращена.
Бывают другие:
— Вы всё ещё убиваете животных?
— Едите мясо?
— Паритесь по всякому поводу?

Давайте разберёмся на самом безобидном примере.
Фраза «Вы всё ещё смотрите телевизор?» подразумевает, что:
а) задавший этот вопрос человек сам телевизор не смотрит:
б) этот человек считает, что смотреть телевизор не стоит (незачем, грешно, постыдно, опасно, противно, не модно — неважно);
в) этот человек считает, что ВСЕ должны поступать так же, как он, и пытается это «донести» до неразумных.

Вывод: человек имеет некие представления, основанные на фобиях (страх перед ущербом, опасностью, внешним воздействием), подкреплённых неуверенностью в себе (меня зомбируют, хотят заставить, навязать мнение) и ложных посылках, основанных на вере, но не подкреплённых практикой (в телевизоре только грязь, ложь и манипуляции).

Как-то так. Я, к примеру, смотрю телевизор, но понимаю тех, кто его смотреть не хочет (академик Дмитрий Лихачёв, например, не смотрел). Но, во-первых, Лихачёв был исключительным человеком и творцом смыслов, создававших миры, которые не нуждались во внешней подпитке — так они были богаты и требовали осмысления и работы внутри. Во-вторых, о самом Лихачёве, в наш информационный век, я смог узнать только из серии телевизионных лекций, которые он записал, не пользуясь сам телевидением. Почему я не узнал о нём из других источников? Да просто потому, что я не был и не являюсь ни филологом, ни историком литературы, ни даже просто историком.

Я не хочу петь панегирики ТВ, но факты говорят сами за себя: я черпаю очень многое из телевизионных программ, будь то лекции математиков, биологов или астрофизиков (у меня естественнонаучное образование и я могу оценить), диспуты неординарных людей, зарисовки о природе подводного мира (на море я был всего несколько раз, а погружался только раз), я смотрю гениальные (чаще европейские) фильмы, слушаю музыку и исполнителей, узнаю о новых идеях… Мало того, я люблю смотреть самые простые (а лучше непростые) американские фильмы, на которых я учусь как литератор — лаконичности и прорисовке сюжетов, компоновке кадров и гэгов, механизмам крючков и ловушек внимания, умению рассказывать короткие, но ёмкие истории, в конце концов!
Я вообще считаю, что человек, умеющий учиться, найдёт субстрат и возможности, если имеет информационный поток, который рождается в социуме, мегаполисе, на телевидении, в интернете… Возможно, следующая ступень развития — воспринимать идеи из природы, звёздного неба и космоса, но…
Почему-то я не верю поучениям людей, которые учат меня не смотреть ТВ… в интернете (!).
И делаю я это по нескольким причинам:

Во-первых, потому что истинно «нашедшие» молчат, пока их не спросят,
а, во-вторых, потому что очень часто «ищущие», нашедшие зерно, перестают быть «ищущими», а делаются в собственных глазах «нашедшими», или попросту верующими, фанатиками, верящими в зерно, хотя перед ними может быть и колос, и поле, и степь с полем, и планета, и мироздание, и…

Но только нашедшие «зерно» становятся «верующими». Перестают быть «ищущими». Становятся «ограниченными» своей верой, нетерпимыми к взглядам других, которые не разделяют эту веру, проповедниками «веры истинной», веры в ИХ зерно… По мне, они просто ограниченные люди. И им нужно понять почему. Возможно, поработать со своими комплексами и страхами…

И ещё. Для «продвинутых». Адвайта хороша как мировоззрение, но исчезает в Практике, поскольку любой, говорящий об Адвайте, нарушает эту Практику своими высказываниями.
Говоря проще,
Или Адвайта, или не пиздите, пожалуйста. (С) Мустафа Ибрахим.
Сорри за мой французский.
Тема родилась тут.