Записи с меткой «Россия»

Звягинцев, «Елена» или откуда у русских негритянское кино

26.04.2017

Фильмы Звягинцева побили рекорд по пребыванию в моём «запаснике» — пролежали скачанными, но непросмотренными несколько лет. А всё потому, что у меня аллергия на постсоветское кино. Как началась «перестроечная чернуха» с «Маленькой Веры», так и не остановилась. Исключения редки и только подтверждают правило: Бекмамбетов, пара фильмов Лунгина, как ни странно, пара фильмов братьев Вачовски Михалковых («Курочка Ряба» и «Цирюльник», «12»), Балабанов и Газаров. А ведь было могучее советское кино — и авторское, и качественный ширпотреб. Но это общее место — повторять фразу «Разучились снимать кино». Я вот долго думал — а почему вдруг разучились? И не придумал ничего лучшего, чем повторить марксистскую догму «Бытие определяет сознание». Бытие и в совке было мерзким, но оно было многослойным: гении не лезли в социалку и пропаганду, их традиционно берегли и позволяли снимать «нетленку». Шибко острое кино попадало на полку, но иногда и наоборот: так, рязановский «Гараж» показывали на закрытых сеансах для партактива по всей стране (как чёрную икру по спец-пайкам выдавали). Но тут случилась катастрофа и с падением совка смешалось всё в доме Облонских: кони, люди, плебс и номенклатура, гении и подмастерья в общей ситуации выживания без финансирования. Стало можно всё — и сиськи, и трах, и чернуха, и сатира без границ. В итоге случилось как с палитрой, которую смешивают неумелой рукой: вместо разнообразия спектра получился один цвет. По определению — коричневый. Другими словами, говно. Одно бесконечное унылое говно с пятьюдесятью оттенками коричневого. И уже Сокуров стал коричневым, и Лунгин, и свет наш Звягинцев тоже (про ноунейм и говорить не стоит).

В американском кинематографе есть такое понятие как «чёрное кино». «Чёрное», то есть негритянское. Это когда чёрные режиссёры снимают кино с чёрными актёрами (ведь их притесняют и почти не снимают в «белом» кино, а уж про Оскары и вообще молчим) и получаются жуткие фильмы либо с тупой чернухой про гетто, либо безбашенные комедии про большие семьи, в которых жирные родственники больше пердят, чем говорят. И вот что выясняется — наше отечественное кино, оно всё «чёрное»! И не столько от «чернухи», то есть от социально-больных тем, сколько негритянское по образу мысли и, что главное — от рабского, ущербного, самоистязающе-уничижительно-смердяковского образа себя на экране. И — что там, в гетто, что в наших фильмах — неулыбающиеся лица соотечественников, угрюмые хари людей «из народа» и брезгливо-агрессивные выражения лиц из «высшего света», который, как ни ряди его «пиково-дамско-лунгинские» костюмы, всё равно отсвечивает малиновыми пиджаками из 90-х (или ниггерскими цепями и бриолином в тех же малиновых пинжаках в американском кино)… Вот только есть одна небольшая разница: ниггерское кино к Америке — это нишевый продукт, а ниггерское кино в России — мэйнстрим. О чём это говорит? Видимо, о бытии и сознании. Не все ниггеры в Америке чувствуют себя ущемлёнными ( а потому это кино в отстойном загоне), но все русские в России чувствуют себя рабами и, видимо, поэтому снимают ниггерское кино.

Тут мне случилось услышать как в местном клубе детки решили исполнить песенку «Мемориз» из «Кошек» Ллойда Уэббера… И вроде бы ноты не перевирали, но, разрази меня гром, слышалось сиротское «На Киевском вокзале»…
Это и называется гетто. И даже не чёрное, а уныло-коричневое. Зато родное, отечественное.

Франц

17.01.2017

Очень странный фильм от Франсуа Озона. Для Озона странный. Похоже, стареет дядечка, а в старости многие становятся сентиментальными. Не все, но некоторые.
Фильм о последствиях первой мировой. Психических последствиях. Чёрно-белая картинка, только три раза за весь фильм появляется цвет, да и то ненадолго.
Сюжет пересказывать не хочу, а вот мысли кое-какие родились. Об ущемлённых нациях. Ущемлённые немцы не успокоились после первой мировой и развязали вторую. Кто был инициатором первой до сих пор непонятно — видимо, ущемлённые самолюбия мелких людишек с неограниченной властью. Ущемлённые люди творят страшные вещи, а ущемлённые нации — чудовищные. Ущемлённые русские тоже. Но кто ущемил русских? Только сами русские. И на ком сорвались русские? В первую очередь на самих себе. Это полный бред. И, видимо, бомбить Воронеж или сжигать Москву — это такая национальная забава. Суицидальная нация. Но в век технологий даже это страшно — кругом ведь люди живут.

Неужто начали? Улюкаев пошёл!

15.11.2016

Когда в борделе выручка падала, они не кровати двигали, а блядей меняли.
В стране за выручку минэкономразвития отвечает…

Мысли вслух

26.10.2016

Чего можно хотеть от государства, основателей которого звали не по фамилии, а по погонялу? Ленин, Сталин… и их кумир Грозный? Клички, кликухи, погонялы.

Когда-то один из персонажей американского кино с гордостью заявлял, что носит свитер наизнанку из-за удобства — швы плечи не натирают, а на общественное мнение ему наплевать! Беспримерноый подвиг нонконформизма! Сейчас этот нонконформизм стал нормой — американцы покупают одежду с нарочито грубыми швами наружу. Нонкорформизма уже нет, его коммерциализировали, а вот убожество внешнего вида — налицо. То есть наизнанку.

Дядя Ваня

21.10.2016

Старая шутка по поводу того, что на советской тушёнке изображена голова коровы или свиньи, а на продукции «Анкл Бенс» — голова старого негра не давала покоя нашим производителям и в пику Дяде Бену появился «Дядя Ваня». В самых маленьких баночках продаётся «Дядя Ваня — Хрен». Ну что ж, сколько можно писать на заборах «Маша — Дура» или «Слава КПСС»? Сейчас уже никто не помнит что такое КПСС, но то, что Слава заслужил, чтобы его так обозвали (как и Дядя Ваня), ни у кого не вызывает сомнения — хорошего парня КПСС не назовут.

Только что в американском сериале:

19.10.2016

«По традиции порноактёров они должны взять себе псевдоним: имя — как имя первого домашнего животного, фамилия — как улица, на которой родился…». Блин! Я бы мог стать порнозвездой под именем Дружок Советский. А огромное количество соотечественников — Тузик Ленин.

В краю непуганных идиотов

06.10.2016

Я ненавижу эту страну с её холопским народцем, с тупой и ленивой провинцией. Всё лучшее высасывается оттуда в центр — от области до Москвы и далее по глобусу. Остаётся одно большое Г. Работа есть в основном от государства и пенсионеры получают свою подачку.
Завидую провинции американской — там могут прекрасно существовать городки с населением в несколько сотен человек, но все заняты и заняты без всякого государства — частные фермеры обеспечивают частные магазинчики и закусочные, частные мастерские чинят технику, есть свой маленький автосалон, парикмахерская и проч. Люди работают на себя и друг для друга, все, кто хочет, заняты.
У нас же народ не привык работать на себя — всегда работали на барина, потом — на советы и партию. В начале 90-х с голодухи в людях проснулся дух предпринимательства, но его быстро придавил Путин своей вертикалью власти, мелкий бизнес просто извели и вытравили. Зато самая большая армия и полиция в пересчёте на душу населения, а учителя и врачи — по прежнему бюджетники, это ведь так удобно на выборах!
Государство, конечно же, сделало всё для того, чтобы остаться единственным монополистом-работодателем, а крупный бизнес поделен между «своими», но и сам народец не сильно рвётся в вольное плавание — хомо советикус ленив, жаден и туп. Даже в 21 веке они строят новые дома с туалетом на улице, «потому что так всегда было». И барин-начальник всегда был. И розги. И воровство. И зависть. И стукачество. И лизоблюдство. И комплекс неполноценности, который компенсируется патриотизмом, парадами и фейерверками. Злобное тупое говно этот советский народ.
И, что самое печальное, ничего не изменится — холопам хорошо со своим барином. Они друг дружку стоят. Как из провинции, из страны бегут умные люди, страна стареет и скоро превратится в дом престарелых полудурков, в клоповник с сортиром на улице.