Записи с меткой «рассказы»

Угорь

27.10.2019

Это сегодня написал Виктор Шендерович:

«Друзья-киевляне, у меня к вам просьба: зайдите на Бессарабку, найдите прямо по центру прилавок, где радушная тетя продает копченого угря, и скажите тете все, что я о ней думаю. Бить не надо. Я зимой сам приеду.»

А это я:

Ох, мужики, страшные дела ныне творятся! Вот тут Витька рассказывал: приехал это он у Киив, на Бессарабку, значит, зашёл, копчёного угря сродственникам закупить и домой увезти, потому как сало на границе шманают, то у них африканская чума, то дитям жрать нечего, сам понимаешь. А угрь, он что? Не всяк и усмотрит, если хорошо рубашками в чемодане проложить. Пахнет, правда, зараза, но это уже другая история. Ну так вот, привёз, значит, Витёк угря без эксцессов до дому, чемоданчик открыл, рубашечку-то отодвинул, а угрь… он, понятное дело, в плёнке-то расквасился, от тепла и влажности форму свою вернул, которая до копчения, значится, была и… Не знаю как сказать, но только не угорь там был. Ох, мужики, не угорь! А Витьку вы знаете, он мужик незлобивый, просил тётку ту, с Бессарабки не трогать, мол, сам её найдёт и в глаза ей посмотрит. Ну и вопрос задаст. Само собой. Ох, мужики!

И мёртвые с косами

27.10.2019

После погружения в мир криминала и убийств на многое смотришь другими глазами. Так, например, начинают видеться известные всем топонимы:

город Режь, Сестрорежск, Резань

Трупная площадь, Трупников переулок, Трупарёво.

Но, если честно, то и аутентичные названия не хуже:

Тушино, Перово, Кусково, Останкино, Павшино — это только Москва…

 

 

Делегированный Мюнхгаузен

25.10.2019

В очереди в поликлинике сидели мама с сыном. Маме около 35, сыну, очень толстому — около 10.  Сидели долго, потом что-то вспомнили, мать послала сына в гардероб, тот побежал по коридору. Попытался побежать — мать его сразу окликнула: «Не бегай! Тебе нельзя!».  Тот послушно замедлил шаг и пошёл степенно переваливаясь. Когда вернулся, мать начала ему выговаривать: «Сколько можно говорить, чтобы ты не бегал? Тебе нужно беречь печень! Ты уже три раза лежал в больнице! Сейчас разберёмся с твоими сиськами. Мне сказали, что нужно к эндокринологу, возможно, что-то с гормонами. Сначала я думала, что у тебя гермафродитизм, ведь у тебя и писька маленькая, но врач сказал, что нет. Но ожирение у тебя по женскому типу, вон складки под сиськами висят! У мужиков пузо, а у тебя — складки. У мужиков попы другие, у молодых они вверху тяжелее, потом — внизу. А у тебя — сразу внизу, как у женщины. Вон, посмотри, на этого парня (показала на проходящего мимо спортивного парня в обтягивающих джинсах), видишь, какая у него задница? У тебя не такая. Совсем не такая. Но ничего, мы и с этим разберёмся. Ты с утра точно свой сок выпил? А кал какого цвета был? Не светлый?»

Салмон

16.10.2019

Впервые за много лет (очень много лет, но цифры уже пугают и лучше о них не вспоминать) я купил себе в качестве подарка на день рождения баночку оливок с лососем (решил изменить анчоусам, чей вкус мне нравился, хотя и вспоминается с трудом). И вот, праздничным вечером, когда я, как и полагается, в гордом одиночестве смотрел тринадесятую серию мрачного английского детектива (что несказанно веселит любого джентльмена, который понимает в жуа-де-вивр), закусывая при этом оливками с салмоном (ах, простите, с лососем, salmon — это по-английски), вдруг понял, что разгадка убийства — в оливке! Именно в ней оказался цианистый калий. Жертве было за пятьдесят и дело происходило за просмотром мрачного фильма об убийстве другого английского джентльмена. Я едва не подавился насмерть. Вот и покупай после этого оливки!

Расизм

13.10.2019

Мы не любим не только чернокожих. но ещё и индусов, а также и цыганок, что выяснилось сегодня. Оголтелый расист какой-то, кем он себя возомнил, арийцем что ли? Ну да, овчарка-то немецкая. А в зеркало он себя видел? (А вот на трёх китаянок мы смотрели с удивлением: они все три, когда прижались друг к дружке, в сумме едва достигли размеров самого Блейка).

Гав-гав!

06.10.2019

Блейк начал делать «гав-гав!». Обычно мы лаем только на собак или на громкие звуки. Никогда не лаем, чтобы что-то сказать: про погулять там или ещё чего. Он приходит и смотрит мне в глаза. Я должен спросить «Чего ты хочешь?», тогда он либо бросает тоскливый взгляд на дверь, либо идёт к мячику, либо дёргается по направлению к кухне. Срать, играть, жрать. Иногда, правда, и спать, это когда я долго не ложусь и он приходит, чтобы посмотреть с укоризной. Во время игры мячик часто куда-нибудь закатывается и Блейк может по полчаса лежать и гипнотизировать игрушку под кроватью. Молча. Но вот он начал делать «гав-гав!». Началось это тогда, когда мячик ускользал в последний момент и оказывался перед носом в поле зрения, но вне досягаемости. Обидно, однако! Гав-гав! Я начал его поощрять, чтобы он мог вовремя сообщить о проблеме. И он стал прогрессировать.
— Мячик закатился?
— Гав-гав!
— Сам достать не можешь?
— Гав-гав!
— Скажи ещё «гав-гав»!
— Гав-гав!

Черти

02.10.2019

Пятилетний мальчик играл на полу с любимыми пластмассовыми зверушками. Это была обычная двушка старой хрущёвки. Мальчик играл на полу в зале, бабушка возилась с тестом на кухне, она всегда возилась с тестом, мать что-то делала в спальне, изредка появляясь в зале, как и бабушка, которая распахивала дверцы резного буфета, именно там хранились сладости, ароматный урюк и изюм, которыми пропах весь буфет. Когда дверь в квартиру распахнулась, мальчик по-прежнему сидел на полу, а женщины всё так же ходили мимо мальчика, почему-то не замечая ни распахнувшейся вдруг двери, ни здоровенного чёрта с рогами и в шерсти, с козлиной мордой и копытами, который появился в комнате. А следом за ним другой. Женщины продолжали заниматься своими делами и тогда, когда черти схватили мальца и поволокли к двери. Они почему-то не слышали его истошного вопля, бабушка продолжала раскатывать тесто, а мама всё ходила через комнату с рассыпанными по полу игрушками и не слушала его крики.
Когда мальчик очнулся на полу, чертей не было, а мама, услышав рассказ про чертей, не только не пожалела его, но и сделала вид, что ничего не было. И сказала, что мальчику всё это приснилось. Вот только мальчик не спал.
И с тех пор он всегда чувствовал, что где-то там, вдали и в одиночестве, живёт тот мальчик, которого утащили.