Жить стало лучше, жить стало веселее!
На акции в Москве, которую не освещают федеральные каналы, снова задерживают людей. Акция называется так: «Путин пiдрахуй оставшиеся свободы дни!» (непривычное слово из украинского означает всего лишь «подсчитай»).
И крыски побежали с титаника. Теперь уже не только депутаты бегут, дело до вице-премьеров дошло! Некогда всесильный Сурков сбёг, говорят, из-за наездов на Сколково. Лиха беда начало, скоро начнётся великий исход.
А в Питере полиция прекратила шествие артистов цирка «Дю солей» — нечего тут, понимаешь, мужикам в трико по городу шастать. В общем, весело!

4-й заезд за 4 дня, а замашки у народа всё те же: блинчики подавай! Теперь снова с вишней. По нескольку раз на дню их пеку! Помимо блинчиков — рассольник, драники с грибами и драники с мясом, соленья, физалисовое варенье, а на завтрак — каша манная, каша рисовая с тыквой, яичница, чай и кефир. В перерывах — стирка, уборка, война с птицей, которая никак не привыкнет к новому сараю (без крыши), не узнаёт и боится в него возвращаться. Только одна индюшка ещё ничего не знает о катастрофе — безвылазно сидит на яйцах, а одна курица уже ничего не знает — кажись померла от стресса. Зато остальные вышли на рекорд — по 7 яиц несут! Я продал уже полторы сотни и гости едят, не успевают.
Огород стоит заброшенный — не до него мне. Только на двух грядках всходит редиска с салатами и пряными травами, да лук со щавелем растёт сам по себе.

Сырники и блинчики задолбали! Ненавижу! И борщ тоже. Из-за рисовой каши утром случилась драка, пришлось доваривать ещё. Плюс блинчики с вишней, рассольник, блинчики с мясом, опять чебуреки, цыплёнок, запечённый с картошкой и овощами, маринованные помидоры, огурчики и кабачки, маринованные опята и солёные грузди, чай-кофе-потанцуем. На завтрак опять каша с тыквой, долбаные сырники и блинчики, яичница и омлеты, чебуреки плюс, наконец-то, молочный суп!
Вчера достал с вечера на разморозку продукты, получился огромный таз с горкой. И ведь всё съели! Я же, опосля ентого гастрономического безумия, вообще перестал хотеть есть. Вчера за весь день смог запихать в себя только половину чебурека. Глаза б мои енту жрачку не видели!

Вчерашние гости уехали после завтрака, приехали новые, двумя группами по 3 человека (в этом сезоне все собираются по трое, обычно же пары или четвёрки — по числу мест в авто).
Ужин не блистал разнообразием, потому что приехали постоянные клиенты из-под Екатеринбурга, которые меня берегут, а вторая группа из Тюмени ехала без брони, а потому ела что дадут. А давали: фирменный борщ, ассорти из солений и грибочков, капусту тушёную с мясом и чебуреки.
А по деревне все хвастаются у кого что снесло ветром: у кого сарай, у кого крышу дома, а у кого-то и гараж улетел.

Приехали новые гости. Заказали праздник крольчатины:
— жаркое из кролика с грибами с жареными баклажанами (кажется, впервые баклажаны заказали!);
— «розовый» кролик в томатно-сливочном соусе с жареной картошкой;
— кролик в сметане с отварной картошкой;
— солёные груздочки с луком и чесноком;
— квашеная капуста (тоже, кажется, впервые).
А ещё кефир, какао — тоже хороший выбор, на завтрак — рисовая каша с тыквой, яичница, творог.
Молодцы!
Завтра ещё два заезда.

Увы.
Прошёл «дождик». Немного града, ветерок дул слегка, молнии и всё-такое.
Когда я вышел из дома, сначала увидел металлическую калитку, которую сдуло так, что она застряла в деревянной опоре велосипедной стоянки (металл вошёл в дерево). Потом я увидел, что ветер подбросил на пару метров чурку для рубки мяса, потом — сломанный как карандаш пирамидальный тополь (теперь у меня три тополя без Плющихи).

А потом я пошёл на задний двор и первое, что бросилсь в глаза — необычайно светлое пространство внутри сараев, оно просто светилось изнутри, хотя электричество и вырубилось. Долго не мог понять в чём дело, пока не поднял голову: а крыши-то нет! Вернее, она есть, но 30-метровую махину скатало в трубочку словно обёртку из фольги и закинуло на крышу сеновала:

Внутри под дождём мокли разбросанные веники: (далее…)

Мои записи — как буддистские мандалы — монахи создают их из разноцветных камушков месяцами, а потом стирают их одним движением ноги и создают новые. Это свидетельствует о бренности мирского. Мои записи, на которых только мои отпечатки пальцев, но нет никакого сотворчества (ответов) со стороны читающих, мною также стираются без сожалений (как и те, кто мимо них проходят, особенно если мандалы стоят хотя бы минуты чьего бы то ни было внимания — так я сортирую людей, а я их сортирую, это факт и на том стою). Вокруг меня случаются завихрения, и многие люди попадают в них случайно, в какой-то момент для них это важно. Но, сдвинувшись с мёртвой точки, эти же люди часто меня предают. Это не их вина, это привычка общества потребления — получив своё, они отваливают переваривать добычу, часто даже не поблагодарив. Я к этому привык.
Но есть плюс: я могу писать что хочу. Как мандалу.
Сегодня я созрел для того, чтобы прокомментировать один из традиционных вопросов Познера-Пруста: «Что бы вы сказали Богу, оказавшись перед ним?».
Ответы гостей Познера для меня показательны — по большей части они отражают то, что они в Бога не веруют, хотя в большинстве своём это декларируют. По моему скромному мнению, оказавшись перед Богом, человек верующий НЕ СПРОСИТ И НЕ СКАЖЕТ НИЧЕГО, потому что это глупо, спрашивать. Если ты веришь. И понимаешь кто есть Он, а кто есть ты.
Сегодня, к примеру, на вопрос Познера отвечал великий Мастер Гергиев. Но он ответил, что у Бога просил бы типа развития музыкального образования в России или типа того. Он, видимо, попутал Господа с Путиным… или Путина с Господом… одно из двух. Никогда не поверю, что великий Гергиев — человек с Богом в душе. Никогда. Увы.